Страхи и фобии
Паника – Троянский конь коронавируса
Приступ паники или депрессии в ситуации сегодняшнего дня может казаться нам естественной реакцией на происходящее. Радоваться действительно нечему… Однако состояния эти разрушительны – для иммунитета, для психики, для выживания в целом. Паника – Троянский конь коронавируса. И с ней необходимо бороться.

Если вы мобилизовались, если вам удается выживать, несмотря на напряжение и здоровое раздражение, и поддерживать близких – моя статья не для вас. Вы в порядке. Если же вас то и дело «накрывает» ужасом – читайте дальше. Я постараюсь вам помочь. Психоанализ, как техника, держит в фокусе внимания не симптом, а причину болезни. Ликвидируем причину – болезни не будет. А симптомы можно лечить до бесконечности…

Так что давайте искать причину вашей паники, которая совсем неочевидна, несмотря на эпидемию. Потому что она внутри вас, а не снаружи. Прежде всего постарайтесь понять, чего вы на самом деле боитесь? Какое у вашей паники лицо? Вы неизбежно заболеете или даже уже больны? Вы потеряете близких и это вас разрушит? У вас «сносит крышу» от сидения взаперти, от того, что вся ваша жизнь «поставлена на паузу»? Вокруг вас одни враги? Или скоро разгуляется стихия, которая вас захлестнет и погубит? Или … вариантов много. Паника многолика. Она уникальна, как и вы сами.


Итак, если вы уверены, что уже больны, просто вирус еще себя не показал – и вас захлестывают чувства гниения и ужаса – скорее всего вы паникуете по поводу собственной «плохости». Дело в том, что зачастую мы считаем собственную агрессию чем-то плохим, предосудительным, грязным. И когда злимся, чувствуем себя грязными внутри, испорченными. Эта токсичная грязь вполне может быть репрезентирована нашим бессознательным как инфекция. Большинство ипохондрических переживаний формируется именно так.

Один из способов смириться с собственной агрессивностью – это спроецировать ее вовне, сделать внешний мир грязным (заразным), наполненным внешними врагами взамен внутренних. Согласитесь, с зеркалом воевать куда легче, чем с самим собой…

Поэтому, если вы паникуете по поводу неминуемого заражения, действий властных структур или мародеров – скорее всего вы боитесь собственной агрессии, спроецированной вовне.


Рассмотрим повнимательнее страх заражения. Какой бы ни была инфекция, это всегда организм или недоорганизм (вроде вируса), который хочет забраться к нам внутрь и начать там паразитировать. Построить с нами симбиотические отношения. И когда вы паникуете по поводу неизбежности инфицирования вирусом, возможно, вы испытываете страх перед проникновением, слиянием, страх перед тем, что вас будут пожирать изнутри. Страх перед проникновением, по вполне понятным причинам, чаще испытывают мужчины. Женщины больше склонны бояться слияния и того, что их будут есть изнутри. Страхи подпитываются подавленными запретными импульсами и травматическими воспоминаниями, тем, что для бессознательного всего мучительнее и желаннее.

Панику «другого сорта» вызывает необходимость принять ограничения. Прежде всего ограничение свободы передвижения.


Ограничения для нашей психики связаны прежде всего с отцовским объектом. И способность принять ограничения, особенно способность опираться на них в своем развитии – зависит от того, как строились наши отношения с отцом.


Прежде всего, это продолжение того, что происходило в Эдиповом комплексе. Если комплекс пройдет, признаны права отца на мать и правомерность существования самой пары – то требования и закона, и отца воспринимаются реалистично, уважительно, хотя вполне могут вызывать раздражение. Если же вы остаетесь внутри Эдипова комплекса, то законы и правила будут восприниматься, как соперники (для мальчика) или как сопротивление отца вашему соблазнению (если вы девочка). И тогда принятие ограничений будет восприниматься как проигрыш, будет вызывать жгучую ярость. И ярость эта, спроецированная вовне, будет переживаться, как паника.

Еще тяжелее переживать несвободу, если она входит в конфликт с вашей потребностью во всемогуществе. Все мы когда-то были беспомощными младенцами, целиком и полностью зависящими от взрослых, прежде всего от матери. Положение это непростое, переживать его трудно, и защищались мы от него фантазиями о собственной всесильности, «волшебничестве». Фантазиями о том, что мать (источник нашей жизни) – находится полностью в нашей власти. И эту игру воображения когда-то прервал наш отец, который «появился на горизонте» и осуществил свое влияние на мать, которое оказалось сильнее нашего. Хотя бы потому, что было реальным. И так же, как тогда мы столкнулись со своей истинной беспомощностью и слабостью, так и сейчас, когда вводятся ограничения, мы обрушиваемся в ту детскую ничтожность. И оказываемся охвачены ужасом, ведь враждебной реальности противопоставить нечего. Кажется, что нечего.


Самыми жесткими генераторами паники являются вытесненные в бессознательное, неосознаваемые воспоминания. Страх есть – а причины его не видно… Например, воспоминания о родах. Когда нам нужно было вырваться в Жизнь через маленькое отверстие, когда мы лезли наружу из матери, стиснутые родовыми путями, и результат происходящего был нам совсем неясен. Необходимость оставаться дома, в замкнутом пространстве, стиснутым решениями городских властей – может ассоциативно связывать нас с травмой рождения.


Аналогичным образом могут работать трансгенерационные переживания. У нашего общества очень тяжелый, отягощенный анамнез. Революция, сталинские репрессии, Великая Отечественная война, застой, перестройка, 90-е…. Поколения травмировались одно за другим, и эти травмы не успевали перерабатывать, они передавались детям в инкапсулированном виде. И сейчас они вполне могут выстреливать из нашего бессознательного. Ситуация усугубляется тем, что, остро страдая от неопределенности и новизны ситуации, мы поневоле обращаемся к опыту предыдущих поколений. А там травмы – газовые камеры, концлагеря, тюрьмы, карательная психиатрия… мародерство, раскулачивание, насилие…список можно продолжать до бесконечности. И паника, паника, паника….


Как отличить панику и приступы тревоги от сходных эмоциональных реакций, естественных в создавшейся ситуации?


Чем отличаются «нормальные» переживания от «ненормальных»? Интенсивностью, тотальностью, неотвратимостью. Там, где работает Эго, или взрослая часть - всегда есть несколько разных эмоций одновременно, и всегда существуют различные варианты развития событий, различные пути разрешения ситуации, есть место для личного выбора.


Так что, если вы охвачены ужасом, гибель или другое, столь же страшное событие кажется вам неизбежным, ни о чем другом вы думать не можете, то:


  • Немедленно погасите это состояние – подышите в бумажный пакет, облейтесь холодной водой, проделайте известную вам медитативную технику. Помогите себе медикаментозно, если есть рекомендация психиатра. Попросите кого-то из близких вас крепко обнять. Используйте все, что помогает.
  • Успокоились? Теперь садитесь и думайте, какова истинная причина вашей паники.
  • Если вы начали думать и облекать мысли в слова – значит, ваша животная часть уже не рулит, и животной паники не будет.
  • Если вы начали рассуждать и мысленно разруливать ситуацию – значит, включилась взрослая часть и Эго больше не провалится в пучину младенческого ужаса.

И вы справитесь. И поможете себе и своим близким.

Гунар Татьяна Юрьевна, 2020г.
Made on
Tilda